3 августа, вторник 19:11

Антон Глушков: «Такой рост цен на металл строительная отрасль переварить не в состоянии»

15.02.2021

Резкий рост цен на металл, который весьма существенно отразился на себестоимости строительства, с первых дней находился в центре внимания Национального объединения строителей (НОСТРОЙ). Казалось бы, как взаимосвязано саморегулирование, которое обеспечивает строительным компаниям доступ на рынок, и биржевые котировки на металл? Однако президент НОСТРОЙ Антон Глушков в беседе с АНСБ выразил уверенность, что Нацобъединение обязано активно реагировать на такие колебания рынка.

- Антон Николаевич, почему НОСТРОЙ так плотно занимается ростом цен на металл? Где саморегулирование – и где металл?

- Я уверен, что любые осложнения на строительном рынке напрямую касаются и саморегулируемых организаций, и Национального объединения строителей. Для СРО устойчивая деятельность их членов – первое условие самого существования саморегулируемой организации, а также гарантия того, что компенсационные фонды обеспечения договорных обязательств по госконтрактам не будут распечатаны.

Очевидно, что стремительный рост цен на металл, который мы наблюдали в конце 2020- начале 2021 года, создал для строителей много проблем. По различным позициям удорожание металла составило от 60 до 100%. В связи с этим мы прогнозируем увеличение стоимости строительства объектов, минимум, на 7-10%,.

При этом цена контракта  в ряде случаев  в силу действующего законодательства не может быть увеличена, даже при таких существенных обстоятельствах как повышение закупочной цены на металл. Хотя совершенно очевидно, что увеличение стоимости металла, в зависимости от объекта, приводит к значительному увеличению себестоимости строительства. В этой связи плановая рентабельность, которая у нас предусмотрена государственным ценообразованием, будет полностью исчерпана этим увеличением цены на металл. Кроме того, мы понимаем, что сейчас началась вторая волна роста цен – это уже увеличение цены на продукцию из металла:  электрические и пожарные шкафы, кабели, трубы отопления и водоснабжения, лифты и так далее. Основные потребители этой продукции – строительство и ЖКХ. Это опять приводит к росту себестоимости строительства, и фактически мы получаем ситуацию, когда строительная компания, если она не имеет возможности покрыть убыток по государственному контракту другой коммерческой деятельностью, будет вынуждена работать в убыток. А это может привести к неисполнению контракта и банкротству компании. И вот здесь наступает ответственность, в первую очередь, саморегулируемой организации – неисполненные обязательства  члена СРО по госконтракту и, следовательно, обращение заказчика к компенсационному фонду СРО. Так что связь тут прямая.

Кроме того, сейчас  постоянно увеличивается объем жилья, которое строится с использованием механизма эскроу счетов - на конец января он превысил 52% от общего объема строящегося жилья. Согласно требованиям застройщик, прежде, чем получить проектное финансирование, защищает в банке экономику своего проекта, тем самым фактически фиксируя все затраты. И если в дальнейшем происходит какое-то изменение стоимости, все риски, связанные с увеличением себестоимости строительства, возлагаются исключительно на строительную компанию. Она будет вынуждена ближе к финишу строительства, когда лимит кредитных средств будет исчерпан, а объект еще не завершен, использовать исключительно собственные оборотные средства и свою прибыль, чтобы завершить строительство. В противном случае она нарушит условия договора кредитования с банком, а увеличить объем кредитования банка уже по начатым проектам практически невозможно. Это, опять же ставит под угрозу договорные обязательства,  может привести к банкротству строительных компаний и появлению новых обманутых дольщиков.

Мы довольно часто слышим, что цена жилья в 2020 году также росла, поэтому в росте цен на металл и прочие строительные материалы нет ничего страшного – строители могут использовать сейчас прибыль 2020 года. Но это не совсем корректно, поскольку та прибыль в 2020 году и осталась, и ее никоим образом нельзя завести на новые объекты 2021 года. У нас мало того, что ведется раздельный учет средств на каждый строящийся объект - у нас теперь для каждого объекта формируется свой специализированный застройщик. Он ведет свои финансовые действия в рамках конкретного объекта строительства, цена которого фиксирована, и пересмотреть или изменить ее, даже с учетом изменяющихся сметных индексов, практически невозможно.

Конечно, ситуация с металлом очень наглядно показала, что нужно оперативно пересчитывать индексы цен, хотя бы на объекты госзаказа – и Главгосэкспертиза обещала это сделать. Но  учесть новые индексы цен, которые еще нужно разработать и привести в соответствие с рынком, можно будет только на новых объектах, после того, как проект пройдет экспертизу на достоверность сметной стоимости. То есть, это те объекты, которые будут торговаться через 3-4 месяца. А вот сметы тех объектов, которые уже прошли экспертизу в 2020 году, не могут быть пересчитаны с учетом увеличения стоимости стройматериалов. И это не говоря о тех объектах, которые находятся в разной стадии строительства – это триллионы рублей в одних только бюджетных стройках, и на каждой произойдет повышение себестоимости строительства.

Поэтому, конечно, мы встревожены – и НОСТРОЙ, и СРО.  Любая саморегулируемая организация напрямую заинтересована в защите строительных компаний, потому что это безопасность финансового положения членских организаций. Нарушение этой безопасности  может привести к выплатам из компенсационного фонда СРО. И это не потенциальная угроза, а вполне реальная.

- В Совете Федерации недавно прошло обсуждение роста цен на металл. Что думают сенаторы на этот счет и что собираются делать?

- Они поддерживают наши предложения, которые состоят в следующем: первое - быстрая актуализация госрасценок в соответствии с фактическими ценами на рынке. Второе – это возможность разовой индексации цен в заключенных контрактах. Главное – найти правовую конструкцию, которая поможет заказчику изменить твердую цену с учетом резкого удорожания металла. И третье – найти механизмы, чтобы  обеспечить металлом внутренний рынок. Могу сказать, что  сенаторы очень удивились разнице в цене металла, которая должна была сложиться из-за мировой конъюктуры и реальной цены на внутреннем рынке. Они считают, что это несоразмерные изменения. Сенаторы затребовали соответствующие расчеты, и в зависимости от тех выводов, которые они сделают, может быть, появится предложение квотировать продажу металла.

Возможно, это не очень популярное мера с точки зрения мировой конъюктуры и производителей, поскольку заставляет определенную часть продукции реализовывать на внутреннем рынке, но это должно привести к снижению стоимости металла. Либо это может быть повышение экспортных пошлин на металл, чтобы регулировать цены на внутреннем рынке. В любом случае, это будет сигнал металлургам и рынку, что их повышение цены не смогло пройти незамеченным. Потому что такое резкое повышение цены строительная отрасль не в состоянии переварить без ущерба для себя. И поэтому все разговоры, что такое повышение пройдет незаметно, что это маленькая величина в общем росте цены строительства – несостоятельны.

Но я надеюсь, что в результате, в том числе, и нашей деятельности, последние пять дней мы наблюдаем и биржевое, и фактическое снижение рыночных цен на металл. Сейчас снижение цены на различные сортаменты металла составляет от 7 до 10%. Это не может не радовать, хотя до исходной цены металл, конечно, не подешевеет.

АНСБ